Яна.Я ненавижу свою мать…(2ая встреча)
Музыка
Анна Иотко
Меня зовут Анна Александровна Иотко. У меня высшее образование с квалификацией психолога, я практикую уже около 10 лет и добилась немалых результатов в своей работе.
7.09
Яна зашла просто, мило и очень женственно. Она мило улыбнулась и прошла в кабинет. Сегодня она выглядела абсолютно другой, не хуже, не лучше, просто другой. На ней не было ни капли макияжа, но лицо было свежим, волосы лежали с нежной утренней небрежностью, джинсы выгодно подчеркивали фигуру, ее блузка падала с одного плеча как бы нечаянно, но эффектно. Сегодня, она выглядела лет на 7 моложе, но в глазах была та же пронзительность.
- Я сижу за унитазом, на холодной, вонючей плитке, эту вонь я помню до сих пор. Я обнимаю свои худенькие коленки, плачу и грызу их зубами. Я плачу тихо, но очень хочется громко, почему то не получается. Мне страшно, больно и одиноко. За дверью я слышу крики, мат и детский плач; полным ходом идет драка – вполне обычное дело для всех членов этого долбанного, грязного, вонючего, ненавистного мне дома. Как обычно дед напился до состояния, когда даже я, его 4летняя внучка была проституткой, бабушка как обычно стала затевать драку. Дети, мои двоюродные братья, висели то на нем, то на ней, плакакли и орали, они умоляли все это прекратить. Их полые ужаса глаза были красными, захлебываясь слезами, они кричат: » Пожалуйста! Не надо! Пожалуйста! Хватит!» В ход идут утюг и табуретки, ни он ни она, даже не замечают этих истерзаных детей, они стараются попасть друг в друга и посильней, дети им просто мешают, они отмахиваются от них, как от мух. Дети один за другим падают на пол, поднимамаются и опять своими маленькими руками хватаются то за деда, то за бабушку, в надежде, что вот вот все остановится…можно закурить?
-Да – отвечаю я, понимая, что комок подкатывает к горлу.
- Я и сама так делала, но в последней драке, когда я упала, кто сильно наступил мне на руку и она долго болела. Я сидела в туалете и хотела кричать о том, что я их ненавижу, что так нельзя, что мне 4 года и я должна уже давно спать в теплой постели, и что в кино, девочек целуют перед сном! У меня не получается, почему то нет голоса, просто открывается рот и поэтому, я просто грызу коленку…
Кроме тяжелого выдоха ничего не говорит в ней о тех страшных вещах, которые она расказывает. Яна смотрит на меня своими зелным глазами, пронзительным взглядом и продолжает, в ее теплом, чуть низком голосе, появляется хрипотца.
-Моя мама где то далеко, я толком не понимю где она, просто знаю, что так надо. Что то, как я живу – так должно быть.Мы жили на широкой улице частных домов, где дорога была выложена камнями. В каждом дворе была летняя кухня и огород, а у нас еще и свиньи.
Любимым моим занятием было кататься на огромной качели, она была такой большой, что когда я на ней раскачивалась и поднималась вверх, я представляла себя сказочной принцессой с длинными волосами…у меня никогда не было в детстве длинных волос, это было не удобно, часто мыть голову и заплетать косички мне никто не собирался. Я часто слонялась по двору или по дому в обшарпанных сандалях, грязными ногами и каких то нелепых, не по размеру, полинявших, плохо пахнувших вещах. Я чувствовала как брезгливо ко ме относились соседи…
Я просыпалась, шла к куче одежды, сваленной прямо на полу, выбирала из этой кучи себе одежду, выходила из дома во двор и мечтала. бабушка как правыло уже была на кухне, она подходила ко мне, сидевшей на маленьком стульчике, давала затрещину и громко, так, чтобы слышали прохожие или соседи говорила: «Ну, что сидишь? Мечтаешь? Иди ешь! Доходяга! Или ты хочешь быть такой хуой как твой батька?! Глаза бы мои ео не видели! Моежт он уже сдох, дай Бог!» Мне хочется убежать, но она хватает меня за волосы и тащит меня на кухню. Там воняет грязными полотенцами, плохо вымытой посудой, чесноком и жиром. Я исподлобья смотрю на бабушку и демонстративно ковыряю огромный голубец. Я не ем1 Я думаю о том, что я никогда небуду есть, пусть даже она меня убьет. «Что смотришь, глаза твои волчьи! Что задумала? Ишь, вылупилась!» – она замахивается на меня мокрым полотенцем и мне переподает между шеей и плечом, очень больно…Мои крупные, горячие слезы капают в тарелку, я получаю еще раз полотенцем по спине, опускаю голову все ниже и ниже, чтобы полотенце не попало мне по лицу и носом утыкаюсь в ненавистный мне голубец. От злости и боли, я опрокидываю тарелку и вырываясь из под бабушкиной руки, которая держит меня за волосы, убегаю…Я не знаю куда я бегу, я плачу, я бросаюсь в кусты, сажусь, обнимаю коленки и кусаю их…от мысли, что мне придется вернуться, я плачу еще больше, обессиленая через пару часов, я возвращаюсь домой, тихо пробираюсь в шкаф, закрываюсь, сворачиваюсь калачиком и засыпаю…мне снится лимонад…
По моей спине пробегает холод, слезы подкатывают, но я работаю! Яна поворачивается голову в сторону и кладет руки с идеальным маникюром, как бы прикрывая рот, потом начинает нервно перебирать по губам пальцами, как будто играет на пианино. Я встречаю ее испуганный, холодный взгляд из под лобья, что то мистическое есть во всем ее образе, она все равно остается красивой!
семейный психолог | лечение депрессии | карта сайта
- © , 2009
Комментарии